Главная Книжная лавка Журнал ART-UKRAINE 3(22) 2011
Художественная школа в Одессе художественная галерея одесса товары для художников в одессе книги по искусству
Russian Bulgarian Chinese (Traditional) Croatian Czech Danish Dutch English Estonian Finnish French German Greek Hindi Hungarian Indonesian Irish Italian Japanese Korean Latvian Lithuanian Norwegian Polish Portuguese Romanian Serbian Slovak Slovenian Spanish Swedish Turkish Ukrainian Vietnamese Yiddish

Журнал ART-UKRAINE 3(22) 2011

art ukraine 2011

Новый номер журнала ART-UKRAINE

Женщины притворяются… женщинами
Тамара Злобина

Первой лауреаткой премии Малевича, основанной Польским институтом в Киеве, стала Алевтина Кахидзе (2008). Через год специальную (вторую) премию для молодых художников от ПинчукАртЦентра получила Маша Шубина. Обе часто обращаются к гендерной тематике и разыгрывают «маскарад женственности», описанный Люс Иригаре и Джудит Батлер - сознательное конструирование своего образа в соответствии с социальными клише «феминности». Поскольку феминистическое искусство не пользуется особым вниманием и часто недооценивается, я решила проанализировать аспекты творчества премированных авторов.

Алевтина Кахидзе. Из серии "Самый коммерческий проект". 2010

Большинство проектов Шубиной базируются на автопортрете - художница выбирает типичный объект изображения по истории живописи (женское тело) и будто перенимает мужской взгляд на него. В инсталляции «Цифровой нарциссизм» («Genarations UsA», ПАЦ, 2007) и нескольких других использован один материал: портреты нарисованы по фотоснимкам, впоследствии оцифрованы и выставлены на сайтах знакомств с целью поиска куратора. В зрелищной, но не слишком интеллектуальной игре с медиа художница использует стратегии репрезентации, характерные для социальных сетей (украшение себя, фривольные позы). Сконструированное «Я» не только для мужчин - модные аксессуары и богемность важнее искушения. Больше всего в этих изображениях - эротического удовольствия автора от соответствия идеалу женственности, подтвержденной общением на сайтах и ??приглашениями от кураторов.

Алевтина Кахидзе. Из серии "Самый коммерческий проект". 2010

С феминистской точки зрения телесность автопортретов Шубиной не революционная - художница игнорирует состояния и потребности тела, концентрируясь на виртуальности желаемого. Заметнее всего это в проекте «Фейс-контроль/Back Side» (Bereznitsky Gallery в Киеве, 2006, и Берлине, 2007) - вид со спины с разными прическами и ню с дорисованной в «детском» стиле короной и символическими половыми губами. Обнаженные тела в действительности одеты в образы «соблазнительницы» или «плохой девочки», шуточная корона подчеркивает стремление к идеальности, а небрежные мазки ярко-розовой краски, прикрывающие «неприличный» орган, выдают страх перед реальностью плоти. Более протестной является серия «Девичья игра» (создана по поводу участия сборной Украины по футболу в чемпионате мира, «Риджина», 2006), героиня которой - типичная femme fatale. Когда красота используется в непредвиденных патриархатом целях («дарить наслаждение мужчинам»), подчеркнуто соблазнительный образ приобретает значение женщины-природы, дикой и опасной. В «Девичьей игре» героиня в неглиже держит мяч-«живот» с вызовом, выходя за рамки общепринятого поведения - она ??не выполняет святую обязанность продолжения рода, а шантажирует собственными возможностями.

Работа Маши Шубиной

В дальнейшем художница использует разные поводы для показа своего удачного «Я» (путешествие в Индию, советские аллюзии, и даже религию). Поверхностность ее метода хорошо заметна при сравнении - в отличие от Untitled Film Stills Синди Шерман, провоцирующих смутное припоминание через разыгранные клише визуальной культуры, портреты из инсталляции «Мария. Я и моя собственная религия» (за которую она получила поощрительную премию от ПАЦ), являются лишь бесконечными вариациями на тему платка и прически.

Работа Маши Шубиной

В противовес Шубиной, Кахидзе сознательно использует и критикует стереотипы. На выставке «Нежность» куратора Олеси Островской (ЦСМ, 2003) художница представила инсталляцию «Глаза моего мужа, как у Жанны Самари», в которой на противоположные стены проектировались известный портрет кисти Ренуара и почти подростковое фото мужа. Если картина Ренуара демонстрирует традиционные отношения человек-субъект - женщина-объект, то фото переворачивает все с ног на голову - мужчина выступает в роли объекта взгляда, причем не благодаря собственной активности, а через любовную связь. Кахидзе вроде «естественно», как женщина, обращается к сфере частного и получает эпитеты «гиперинтимной», хотя на самом деле проект о вполне публичных вещах - гендерные особенности создания и восприятия искусства.

Маша Шубина

В «Самом коммерческом проекте» (продолжается с 2004-го) Кахидзе изображает свои желания, зарисовывая то, что понравилось (от бытовых мелочей до антиквариата). Феминистическая реплика здесь скрыта - сама женщина является товаром, чей статус определяется другими товарами, следовательно женщинам свойственна чрезмерная идентификация с вещами. Критикуя потребительство, Кахидзе декларирует, что каждая копия зарисовки стоит столько, сколько изображенная на ней вещь. Это стало основой для инсталляции «Контракт» («Новый украинский язык», галерея «Карась», 2008, куратор - группа Р.Э.П.). Согласно «Контракту», имуществом мужа считаются материальные ценности, имуществом жены - ее рисунки. При разводе более богатая сторона выплачивает второй половину разницы. Традиционно именно мужчина должен оплачивать реализацию желаний своей жены, зато, подписывая контракт, Кахидзе указывает на личную ответственность каждого и каждой - по состоянию на 2008 год ее рисованный «капитал» составляет $ 103 000 000.

Художница часто использует собственное тело и частный опыт. В видео «Я могу быть девушкой с голубыми глазами» (2005) - два крупных плана лица; в режиме замедленной съемки показано надевание линз, после чего карие глаза становятся голубыми. «Типично женское» желание изменить свою внешность превращается в политико-социальную реплику, ведь работа показывает вмешательство в телесность не как приятную примерку нового образа, а как болезненную смену идентичности. В перформансе «Только для мужчин, или Суженый-ряженый появись мне в зеркале» (куратор Ежи Онух, 2006, ЦСМ) принаряженная художница молча сидела перед большим зеркалом, в котором отражались посетители (только мужчины). Организовав в публичном пространстве якобы интимную ситуацию гадания, Кахидзе надевает маску «типично женского» поведения (гадают только девушки, ведь их судьба напрямую зависит от качества суженого) и указывает, как трудно избежать «собственной» сферы красивого, частного, любовного даже в профессиональной деятельности. Рассматривая зрителей в зеркале, она смеется над теми, кто неожиданно попал в ситуацию, когда вещь (произведение искусства, женщина) сама смотрит и выбирает, уничтожая извечное мужское право на взгляд, действие и доминирование.

Если картины Шубиной отражают культурные ожидания в отношении женщин, то проекты Кахидзе переворачивают эти ожидания с ног на голову. Авторы выполняют разный социальный заказ - на красивое и пассивное женское тело (героиня Шубиной показывает себя, но не действует) и на альтернативную женственность, осознающую собственные возможности и ограничения. Наиболее интересным у Шубиной является очевидное наслаждение от игры в «настоящую женщину», настолько сильное, что маскулинный взгляд становится лишь приятным дополнением, но не целью. У Кахидзе - последовательная критичность. В Замке Уяздовском (часть премии Малевича) она реализовали два перформанса вместе с мужем («Брачные договоренности»), в которых говорилось о неявной патриархальности европейского общества, различных гендерных стандартах и путях их преодоления. Ее последний проект «Я опаздываю на самолет, на который опоздать невозможно» использует апробированный в феминистских работах метод игры с ожиданиями - на этот раз «очевидностями», которые художница ставит под сомнение, являются искусство и образ художника как таковые.

Тамара Злобина

http://www.artukraine.com.ua


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

?>